Tags: Степени свободы

witch

Приди-словие

– Ну, вот прожил человек праведную жизнь и попал в рай. Пахал, строил, учил, ле­чил, детей рас­тил, крутился, как белка в колесе, ни минуты сво­бод­ной... А теперь ничего это­го не надо. Нет боль­ше ни земных трудов, ни земных радостей. Но ведь он-то ничего дру­гого не знает, не умеет. Ну, отдохнул, попел осанну, на арфе побряцал... А потом? Владыко, да что ж они, праведники, в том раю делают всю оставшуюся вечность?

– Беседуют, сыне.

Из беседы с православным священником.

– Как? Вы ничего не знаете о Законе? – изумил­ся лоцман. – А разве у вас внизу не соблю­дают За­кона?

– Боюсь, что я не смогу ответить на ваш послед­ний вопрос, пока не узнаю сути Закона.

– Наш Закон – это Закон вежливости. По Зако­ну, любое существо, загово­рив­­шее с вами, не должно быть съедено или обижено. Те, кто нару­ша­ют Закон, прези­ра­ются всеми.

В. Фёдоров. Путешествие вверх.

А что делать? Против антропного принципа не попрёшь. Вселенная 13 миллиардов лет пыжилась, тужилась, сладок кус не доедала, а своего добилась – слепила себя так, чтобы в ней поя­вился генератор информации. То есть мы, родимые. А единственный метод создания но­вой информации – диалог.

Вот он, один из двух вариантов, как провести жизнь толково и со смыслом. Поговорить. Бла­го, заниматься этим и впрямь можно до бесконечности. И собеседников вокруг полно. Не только 6 миллиардов современников. Не только книги тысяч мудрецов, отдавших предпочтение второму варианту – созданию текстов (Мир существует, чтобы стать книгой). Очень любопытно беседовать со всем живым. Равно как и с неживым. А уж с собой-то, непостижимым, до чего интересно и поучительно! Правда, узнаёшь такое, что стыдно сказать и страшно подумать, но что поделаешь, за всё надо платить. Наконец, любители острых ощущений могут беседовать с Богом. Нет, не молиться, не клянчить счастье, здоровье, успех в бизнесе и спасение души в одном флаконе. Просто поговорить. Если не грузить Его просьбами – может, Он ответит? И даже скажет что-нибудь дельное? Если уж моя собака за каких-то пятнадцать лет освоила русский язык и активно участвовала во всех семейных беседах... Дикция у неё, разве что, хромала, но это не её вина, анатомия такая.

Тут главное – уважение. Начальное условие: Другой и я равны, как бы мы ни различались, кем бы он ни был – человеком, марсианином, зверем, травой, коробочкой с бальзамом для умывания или миром. Если с ним разговаривать как с духом-разумом, рано или поздно мне ответит дух-разум. А вы как думаете?

Круг свободы

Предлагаю очертить круг внешней свободы (у каждого из нас есть личный, внутренний круг безусловного долга любви, дружбы, доверия – я не буду его касаться).

Мир не обязан соответствовать моим представлениям, надеждам и ожиданиям.

Мир не обязан меня любить.

Мир не становится лучше или хуже от того, как ко мне относятся его обитатели.

Я вольна не надеяться на мир и ничего от него не ждать.

Я вольна любить мир независимо от того, как ко мне относятся его обитатели.

Я вольна созерцать эмоции и мысли Другого – изучать их – вести их – игнорировать их – принимать и разделять их – подчиняться им – выходить из подчинения, когда и как сочту нужным.

Я вольна не общаться с теми, кто мне не интересен, не объяснять им свои мотивы и не отчитываться в своих действиях.

Всё, что вольна делать я, волен делать Другой.
witch

Незавершёнка


Мне не впихнуться в рамки от и до,
Меж тоникой и доминантой дат.
Так и умру отрывком, виноват:
Недоскажу, не допишу, не до…

Я череда начал, негромких «до».
Мне место — лимб. Не рай, но и не ад.
Возделываю свой цветущий сад,
Который никогда не даст плодов.

Шестёркой яо «Это не конец»
В ничто взлетят мои кривые тропы
На полусло… оборванного трёпа.

Да, стыд и срам. Но ни один творец,
Как он ни тщись, не изваяет лика
Прекраснее, чем у крылатой Ники.
witch

Неплохое начало

    Я сумела без травм обмотать сосну гирляндой и сама взгромоздила эту здоровенную дуру (ну не было меньше ёлочки, не было) на стол. Правда, растопырилась она так, что две ветки пришлось укоротить. Зато легко и гармонично держит самые большие и красивые шары.
    В телевизоре первый украинский президент, от которого не тошнит прямо на экран. Всё-таки есть в этом глубокий смысл — ставить набольшим говоруном актёра. Профессиональная память на текст, отличная дикция, верные интонации, играет своего, родного, грамотно, смотрит правильно — словно глаза в глаза. А что он там несёт — дело десятое, ясно же, что дичь. Главное — душевно.
    И отсчёт последних минут сделали красиво: народ вокруг ёлки хором орал: «Десять! Девять! Восемь!.. ». Кто-то умный и тактичный сообразил, что новая башня с часами-табло на Козьем болоте (оно же Думская площадь, оно же площадь Калинина, оно же площадь Октябрьской революции, а ныне майдан Незалежності или просто Майдан) в сравнении с курантами Спасской башни никак не тянет на символ, а после цветастых заварушек и вовсе вызывает, мягко говоря, неоднозначные чувства. Отрадно, что в верхах, оказывается, хоть кто-то отличается умом и сообразительностью.
    Сегодня утром, через пять часов после новогоднего застолья, глюкоза у меня в крови 6,4. Мы с биологическим носителем таки нашли консенсус (и по морде его, по морде).
    И, наконец, моя мать встала. Ходит. Ест за столом. Может взять сигарету и ложку правой рукой. Легче дышит и глотает. Говорит почти внятно. Встретила Новый Год. А два месяца назад была уверена, что не доживёт до него.
    Мы выжили, выстояли, перевалили в будущее и улыбнулись ему. Рано или поздно, так или иначе, оно улыбнётся в ответ. Всем нам. Человечеству.
    Мир, с Новым годом. :-)
witch

Вот приедет барин

    В магазине, на базаре и на почте народ обсуждает прошедшие выборы. Между хреном и редькой. Между Петрушкой на одной руке кукольника и городовым на другой.
    По употребляемым терминам это, конечно, выглядит политическими дебатами. По сути же речь идёт отнюдь не о президентах. Маска этого современного слова напялена на архаичный, как щитень, миф.
    Хохма даже не в странной убеждённости, будто человек рвётся к корыту, дабы кормить из него население, а не себя, любимого. А в том, что как бы ни назывался набольший начальник — красным солнышком, императором всея, генсеком или президентом — для большинства моих соплеменников он остаётся священным царём. Божиим уполномоченным, обеспечивающим порядок в мироздании. Достаточно выбрать правильного президента — и по волшебному слову его прекратятся глад и мор, войны и землетрясения, зарплаты и пенсии вырастут, тарифы снизятся, Россия, в который раз назначенная империей зла, провалится в пекло и заодно прихватит с собой тутошних русскоязычных, ибо «Фингалия — для фингальцев! », но при этом будет исправно снабжать Украину дешёвым газом и бензином, Европа распахнёт двери и задушит нас в братских объятиях, и свобода нас встретит радостно у входа, и воцарятся на земле мир и в человецех благоволение.
    Вся задача — выбрать правильного.
    Самый частый и пылкий аргумент в пользу правильности бывшего президента — «его заботами я почувствовал, что живу в стране (нет, я тоже не понимаю, что это значит), что я украинец (а раньше кто был?), а мой брат / сват / сын / внук уехал работать / учиться в Исландию / Польшу / Чешские Будейовицы / Старые Васюки, осталось там зацепиться, и будет нам счастье».
    Во как. В стране стало лучше — из неё теперь легче сбежать.
witch

О женских делах - кухне и вязании

    Пустую стену в кухне тянет чем-нибудь заполнить. Чего она просто стоит, бездельница? Пусть несёт полезную нагрузку. У меня тут толпа маленьких пластмассовых ёмкостей с чаями и пряностями, и надо их так куда-нибудь пристроить, чтобы удобно было достать любую бутылочку, но и места они занимали как можно меньше — сколько там того места в квартире-гостинке. И чтобы обустроить всё это с минимальными затратами денег и сил. И чтобы штуковина для ёмкостей была как можно легче: и мне таскать тяжести нельзя, и стена гипсокартонная, повесишь что-то тяжелее паутинки — обвалится. И, наконец, чтобы конструкция была не толще шести сантиметров — расстояния от стены до дверного проёма.
    Я пересмотрела под сотню сайтов, предлагающих разнообразные и остроумные системы хранения. Полочки, рейлинги, магнитные держатели, баночки с магнитами и металлическая доска... Всё не то. Пришлось придумывать самой. А вдруг пригодится ещё кому-нибудь — хозяйке, умеющей вязать?
    Collapse )
witch

Свободу сезонам

    Я уже не удивляюсь, что моя неанта осенью встряхивается, предвкушающе потирает листья, выпрастывает бутоны, с первым снегом раскрывает первую метёлку и цветёт до весны. Она — пальма, живёт в глубине комнаты, что ей те экзотические времена года за далёким окном. Но наши-то, тутошние!..
    Новый год мы ¬— мать и я — встретили с ёлкой, свежесрезанными с балконного куста хризантемами и букетом ивовых «котиков». Осенние и весенние цветы весело таращились то друг на друга, то на сверкающую украшениями ёлку и, похоже, телепатировали собратьям, что в мире оказывается много интересного, если наплевать на режим. Во всяком случае, за стеной, на балконе, их услышали: в первых числах января пробудились и вылезли на свет поглядеть ирисы, крокусы и гиацинты.
    Потом ударил мороз, аж минус три градуса, и пришлось затащить этих доверчивых дурачков в дом. В коем спят, когда придётся, едят, когда захочется, круглосуточно кофейничают, чаёвничают, читают и треплются. И вот тут зелёные как ломанули... Ловят кайф — жить мимо режима, сливать сезоны и цвести, когда вздумается.
    И кто их так избаловал?
    Collapse )
witch

Нет иудея, ни эллина; нет «ватника», ни «укропа»; нет мужеского пола, ни женского


    Крошечный магазинчик-стекляшка подле дома — моя выручалочка. Захаживаю в него восьмой год. Мы с продавщицами здороваемся, делимся новостями и анекдотами. Я могу по пути в другие магазины оставить у них на хранение только что купленную метлу. Продавщица может напомнить: «Батон для вашей мамы» или, увидев, что нынче я при деньгах, сказать: «Взяли бы кофе, сделали бы мне выторг? » — и я, конечно, беру.
    И вот вчера, когда мы делали выторг и светски обсуждали погоду и цены, продавщица, решив раскрутить меня ещё и на кулич, обронила, как само собой разумеющееся:
    — Вы же в церковь пойдёте?
    Я безмятежно ответила:
    — Я иудейка.
    Вернее, конечно, было бы «я агностик» — но я не уверена, что собеседница знает это слово. Она и так впала в ступор, таращась на меня, будто я таки вломилась в церковь, воткнула в икону иголку, стою спиной к батюшке и крещусь левой рукой. Ну да, и глаза зелёные. Страшно, милая?
    Тянется, длится томительная пауза. Я заполняю её точками над «i»:
    — Я — крещёная иудейка. Моя мать — лютеранка. Невестка — мусульманка.
    И тут в её голубых глазах волна памяти меняет реальности. Я почти слышу щелчок тумблера. Милая моя соотечественница отмирает, моргает, кивает внутреннему переключателю и улыбается мне:
    — Дружба народов. И вообще, главное — чтобы человек был хороший.
witch

99

Как бы так устроить революцию, чтобы не разрушить в очередной раз всё до основанья...

Пока за всю историю человечества ни разу не удалось.

В семнадцатом всё-таки удалось хоть что-то.

Даже если судить по тому, как старательно нам сейчас затаптывают память - это был великий прорыв.